Первый рукопашный

фр.иллюстрации к стихотворению "Первый рукопашный" сборник стихов С.Г.Чиркова г.Вятка
Памяти А.Е.Суслова
Первый рукопашный
До фашистской траншеи
Всего лишь бросок,
И за нами алеет
Зарёю восток.
На рассвете комбат
Снова бросит нас в бой
И не стоит гадать,
Кто там выйдет живой.
Впереди высота,
Там траншея и дот,
И ещё не известно
Кому повезёт.
Три ракеты взвились,
Что же, братцы, вперёд!
Ну, пехота, держись,
За вождя, за народ!
Мы рванули туда,
На огонь, на свинец,
И я, помню, подумал:
«Всё, это конец!».
Я со всеми бежал,
Тут гляди, не зевай,
Рядом хрипло дышал
Мой земляк Николай.
Вот траншея и вал,
Перед нами в упор
Немец в ужасе рвал
Автомата затвор.
Коля к фрицу тому
Прыгнул прямо в окоп
И прикладом ему
Угодил точно в лоб.
Немец к стенке прилип,
Николай- ещё раз,
И раздался лишь хрип,
И пролом между глаз.
И мне стало нестрашно,
Пугай - не пугай,
А навстречу мне выскочил
Немец - бугай.
Видно ел хорошо,
Был здоровый, как бык,
В него с хрустом вошёл
Мой отточенный штык.
Он кричал и визжал
Под штыком на росе,
Потом руки разжал
И обмяк, и осел.
И плевать на награды,
Какой-то кураж!
И совсем уже рядом
Немецкий блиндаж.
Мой земляк Николай
Был силён и высок,
Только пуля ему
Угодила в висок…
Здесь не пахнут цветы,
Вовсе нету здесь птиц,
На меня навалился
Отчаянный фриц,
И винтовку мою
Он руками схватил
И в лицо мне кричал,
Сам ногой меня бил.
Пехотинец седой
Прокричал: «Стой, браток!»
И ударил сам финкой
Фашиста под бок.
За поступок такой,
Да - за жизнь, что таить,
До доски гробовой
Надо водкой поить.
Он в запале кричал,
Он иначе не мог:
«Нет, ещё не причал!
Веселее, сынок!
-Ну а в воздухе гарь
И заря, как пурпур.
Насади его - тварь,
Как шашлык на шампур!
Если хочешь ты знать,
Нет в бою мелочей,
И ты их, твою мать,
Не жалей, сволочей!»
Что же это, мать вашу,
Кто нас породил?
Я из тихой деревни
Куда угодил?
Кто тут проклят, прощён?
Всюду крики и мат,
Не закончен ещё
Этот ужас и ад.
Ну, а в воздухе смерч
Прогудел полосой,
И на нас снова смерть
Замахнулась косой.
Кто хрипел, кто сипел
Под отчаянный вой,
Кто укрыться успел,
Тот остался живой.
Наконец, понемногу
Утих этот бой,
Гарь осела, и солнце всё выше,
Ну, а немцы из тех,
Кто остался живой,
Разбежались, как серые мыши.
Вдоль траншеи,
Вдоль этой кровавой тропы,
Всюду трупы лежали,
Как в поле снопы.
А я жив,
Остальное же всё - пустяки,
Пусть в грязи и крови
гимнастёрка,
Я сижу и молчу,
Из дрожащей руки
На бумажку струится махорка.
И седой пехотинец,
прищурив глаза
И из фляжки отмерив глоток,
Усмехнулся устало
и тихо сказал:
«Ничего, пообвыкнешь, сынок.»