"Черный квадрат" Малевича и ИДЕЯ этого произведения.

Д. Хармс. Рисунок.

Из серии БЛА_БЛА_БЛА о Черном квадрате

Это стихи Хармса, он хотел быть оригинальным, писал на тарабарском языке, как он любил говорить: я люблю всякую чушь.
А тут скопировать нормально не удалось, получилось все в одну строчку.
По поводу квадрата, тут извините похоже на сказку Андерсена "Новое платье короля" - король был голый. но все хотели увидеть на нем
королевскую одежду, кто-то случайно не сказал: а король то голый! И с квадратом то же!!!

Там, в "Клаузуре" после статьи о "Чёрном квадрате" есть такой интересный комментарий:
"Малевич опередил время на сто лет, будь он современником и создай сейчас ”черный квадрат”, он не вызвал бы столько злобы, а ”черный квадрат” стал бы символом и флагом молодежи."
Я не удержался и написал ответ:
"Не умаляя гениальности Малевича, думаю, что "Чёрный квадрат" был рождён именно в своё время, время активного поиска "внешних границ" искусства. Сейчас такие поиски просто устарели: "внешние границы" давно определены беспределом, а значит и духовные пути развития искусства лежат уже в новых областях. Если для того времени, для Малевича и для принявших его произведение "Чёрный квадрат", он нёс в себе мощное духовное и эмоциональное содержание, то теперь мы - современники можем воспринимать его только исторически проникнувшись тем временем. Вот почему многие деятели культуры позволяют себе такие странные и некомпетентные высказывания. "Чёрный квадрат" в наше время стал ироничным символом формализма в искусстве, зауми и дешёвого пиара. Посредством этого ироничного символа выражается протест против того современного "искусства", в которое уже давно выродился искренний путь по которому шёл Малевич. Уверен, если бы Малевич жил сейчас, он занимался бы совсем другими поисками в искусстве".

Здорово сказано.. Очень верно....

Если бы Малевич жил сейчас.то он тем более написал бы черный квадрат иначе он был бы нэ Малевичем.а Васей Пупкиным.ЧК на все времена ЧК,но как и любое явление в искусстве по прошествии исторического времени,япревращается в обьект для стёба и иронии.Художник так устроин,что все что было до него должно подвергаться абстакизму,иначе ничего нового нэ создашь....

"ЧК" - это гениальное предвидение художника появления виртуального мира с минимальным, основополагающим элементом, пикселом. Но не минимальный элемент природы, как думал и писал Малевич.
<iframe width="420" height="315" src="http://www.youtube.com/embed/Daed6xJgumY" frameborder="0" allowfullscreen></iframe>

Да все что думал и писал Малевич давно пора спустить в унитаз.Столько уже написано и передуманно после него,но все равно все на месьте топчатся,особенно любят топтаться на ЧК,уже весь его истоптали и вдоль и поперек и я думаю это только начало,мэста всем хватит для топтанья.....

А я топтанулся вперёд.
Грохнула информационная революция. На экранах мониторов компутеров и телевизоров пикселы. Поэтому и признан, по многим опросам, ЧК самым значительным произведением искусства ХХ века.
Так можно в унитаз выплеснуть и ребёнка))

ЧК хороший в этом плане унитаз,очко,куда можно все выбрасывать,черная дыра,единственно самому бы вней нэ застрять если по размерам несовпадешь....

А Вы читали тексты Малевича? Про беспредметный мир?

Я читал, а что?))
Тексты того времени читать очень сложно. Они очень эмоциональны, революционны и где-то даже философские, но малоосмысленны. Это касается и Малевича, и манифестов Маринетти и прочих футуристов, чуть в меньшей степени это касается теорий Кандинского или Клее, но тоже... Бурлило все, мозги отключались. Но чтобы понять то время - можно почитать.

манифесты Маринетти - отличная литература. и Кандинский тоже. Бурлило все и мозги включались.

Пишет Малевич интересно и язык у него свреобразный.
Мне понравились тексты. А Игорь предлагает их в унитаз. Вот и спросил его.

мне б такую малоосмысленность

В унитаз.потому что самому малевичу нэ верят.его текствам.видят какой то двойной смысл ЧК,а этих двойных смыслов родилось уже столько,что впору из них создавать обьединенный ЧК со множествами смыслов,это задача даже и Малевичу нэ поплечу,нужен некий универсум нового поколения из числа казаков...

С точки зрения литературы ничего не могу сказать. Но предпочитаю другую.))

Вот это мне кажется несопоставимо более убедительным, как с точки зрения осмысленности, так и литературы)) :
О. Мандельштам "Утро акмеизма"
1
При огромном эмоциональном волнении, связанном с произведениями искусства, желательно, чтобы разговоры об искусстве отличались величайшей сдержанностью. Для огромного большинства произведение искусства соблазнительно, лишь поскольку в нем просвечивает мироощущение художника. Между тем, мироощущение для художника орудие и средство, как молоток в руках каменщика, и единственно реальное — это само произведение.
Существовать — высшее самолюбие художника. Он не хочет другого рая, кроме бытия, и когда ему говорят о действительности, он только горько усмехается, потому что знает бесконечно более убедительную действительность искусства. Зрелище математика, не задумываясь возводящего в квадрат какое-нибудь десятизначное число, наполняет нас некоторым удивлением. Но слишком часто мы упускаем из виду, что поэт возводит явление в десятизначную степень, и скромная внешность произведения искусства нередко обманывает нас относительно чудовищно уплотненной реальности, которой оно обладает.
Эта реальность в поэзии — слово как таковое. Сейчас, например, излагая свою мысль по возможности в точной, но отнюдь не в поэтической форме, я говорю, в сущности, сознанием, а не словом. Глухонемые отлично понимают друг друга, и железнодорожные семафоры выполняют весьма сложное назначение, не прибегая к помощи слова. Таким образом, если смысл считать содержанием, все остальное, что есть в слове, приходится считать простым механическим привеском, только затрудняющим быструю передачу мысли. Медленно рождалось «слово, как таковое». Постепенно, один за другим, все элементы слова втягивались в понятие формы, только сознательный смысл, Логос, до сих пор ошибочно и произвольно почитается содержанием. От этого ненужного почета Логос только проигрывает; Логос требует только равноправия с другими элементами слова. Футурист, не справившись с сознательным смыслом, как с материалом творчества, легкомысленно выбросил его за борт и, по существу, повторил грубую ошибку своих предшественников.
Для акмеистов сознательный смысл слова, Логос, такая же прекрасная форма, как музыка для символистов.
И, если у футуристов слово, как таковое, еще ползает на четвереньках, в акмеизме оно впервые принимает более достойное вертикальное положение и вступает в каменный век своего существования.
2
Острие акмеизма — не стилет и не жало декадентства. Акмеизм — для тех, кто, обуянный духом строительства, не отказывается малодушно от своей тяжести, а радостно принимает ее, чтобы разбудить и использовать архитектурно спящие в ней силы. Зодчий говорит: я строю — значит, я прав. Сознание своей правоты нам дороже всего в поэзии, и, с презрением отбрасывая бирюльки футуристов, для которых нет высшего наслаждения, как зацепить вязальной спицей трудное слово, мы вводим готику в отношения слов, подобно тому, как Себастьян Бах утвердил ее в музыке.
Какой безумец согласится строить, если он не верит в реальность материала, сопротивление которого он должен победить. Булыжник под руками зодчего превращается в субстанцию, и тот не рожден строительствовать, для кого звук долота, разбивающего камень, не есть метафизическое доказательство. Владимир Соловьев испытывал особый пророческий ужас перед седыми финскими валунами. Немое красноречие гранитной глыбы волновало его, как злое колдовство. Но камень Тютчева, что «с горы скатившись, лег в долине, сорвавшись сам собой иль был низвергнут мыслящей рукой», — есть слово. Голос материи в этом неожиданном падении звучит как членораздельная речь. На этот вызов можно ответить только архитектурой. Акмеисты с благоговением поднимают таинственный тютчевский камень и кладут его в основу своего здания.
Камень как бы возжаждал иного бытия. Он сам обнаружил скрытую в нем потенциально способность динамики — как бы попросился в «крестовый свод» — участвовать в радостном взаимодействии себе подобных.
3
Символисты были плохими домоседами, они любили путешествия, но им было плохо, не по себе в клети своего организма и в той мировой клети, которую с помощью своих категорий построил Кант. Для того, чтобы успешно строить, первое условие — искренний пиетет к трем измерениям пространства — смотреть на мир не как на обузу и на несчастную случайность, а как на Богом данный дворец. В самом деле: что вы скажете о неблагодарном госте, который живет за счет хозяина, пользуется его гостеприимством, а между тем в душе презирает его и только и думает о том, как бы его перехитрить. Строить можно только во имя «трех измерений», так как они есть условия всякого зодчества. Вот почему архитектор должен быть хорошим домоседом, а символисты были плохими зодчими. Строить — значит бороться с пустотой, гипнотизировать пространство. Хорошая стрела готической колокольни — злая, потому что весь ее смысл — уколоть небо, попрекнуть его тем, что оно пусто.
4
Своеобразие человека, то, что делает его особью, подразумевается нами и входит в гораздо более значительное понятие организма. Любовь к организму и организации акмеисты разделяют с физиологически — гениальным средневековьем. В погоне за утонченностью XIX век потерял секрет настоящей сложности. То, что в XIII веке казалось логическим развитием понятия организма — готический собор, — ныне эстетически действует, как чудовищное. Notre Dame есть праздник физиологии, ее дионисийский разгул. Мы не хотим развлекать себя прогулкой в «лесу символов», потому что у нас есть более девственный, более дремучий лес — божественная физиология, бесконечная сложность нашего темного организма.
Средневековье, определяя по-своему удельный вес человека, чувствовало и признавало его за каждым, совершенно независимо от его заслуг. Титул мэтра применялся охотно и без колебаний. Самый скромный ремесленник, самый последний клерк владел тайной солидной важности, благочестивого достоинства, столь характерного для этой эпохи. Да, Европа прошла сквозь лабиринт ажурно-тонкой культуры, когда абстрактное бытие, ничем не прикрашенное личное существование ценилось как подвиг. Отсюда аристократическая интимность, связующая всех людей, столь чуждая по духу, «равенству и братству» Великой Революции. Нет равенства, нет соперничества, есть сообщничество сущих в заговоре против пустоты и небытия.
Любите существование вещи больше самой вещи и свое бытие больше самих себя — вот высшая заповедь акмеизма.
5
А=А: какая прекрасная поэтическая тема. Символизм томился, скучал законом тождества, акмеизм делает его своим лозунгом и предлагает его вместо сомнительного a realibus ad realiora
. Способность удивляться — главная добродетель поэта. Но как же не удивиться тогда плодотворнейшему из законов — закону тождества? Кто проникся благоговейным удивлением перед этим законом — тот несомненный поэт. Таким образом, признав суверенитет закона тождества, поэзия получает в пожизненное ленное обладание все сущее без условий и ограничений. Логика есть царство неожиданности. Мыслить логически значит непрерывно удивляться. Мы полюбили музыку доказательства. Логическая связь для нас не песенка о чижике, а симфония с органом и пением, такая трудная и вдохновенная, что дирижеру приходится напрягать все свои способности, чтобы сдержать исполнителей в повиновении.
Как убедительна музыка Баха! Какая мощь доказательства! Доказывать и доказывать без конца: принимать в искусстве что-нибудь на веру недостойно художника, легко и скучно…
Мы не летаем, мы поднимаемся только на те башни, какие сами можем построить.
6
Средневековье дорого нам потому, что обладало в высокой степени чувством грани и перегородок. Оно никогда не смешивало различных планов и к потустороннему относилось с огромной сдержанностью. Благородная смесь рассудочности и мистики и ощущение мира как живого равновесия роднит нас с этой эпохой и побуждает черпать силы в произведениях, возникших на романской почве около 1200 года. Будем же доказывать свою правоту так, чтобы в ответ нам содрогалась вся цепь причин и следствий от альфы до омеги, научимся носить «легче и вольнее подвижные оковы бытия».
1912 (1913?)

Ну и что, разве не чудесно?
После этого пытаться читать Малевича, как после Баха слушать Тимоти. Тоже конечно есть свои смыслы, они есть во всем...

Любой манифест чего либо,набор лозунгов призывающих кого то к чему то.,в основном из политического,уличного лексикона.В искусстве любой манифест,как речь Жириновского с любой трибуны по любому поводу.Вообще углубляться в смысл любых манифестов.это для палаты,там на любом месте создадут любой манифест и тут же о нем забудут.потому что в голове бурлит и хочется еще чего нибудь сочинить.Когда человек недоволен чем то в его голове тут же рождается манифест начинающийся со слова, Долой....Но и без них нельзя.в голове должны быть простые яркие слова.цыпляюшие душу.Например такие как Вся власть Советам,Долой буржуазию....